Концепция
Выпуск №4
  • <
  • 7 
  • 6 
  • 5 
  • 4 
  • 3 
  • 2 
  • 1 
  • >

Демократия VS Охлократия

 

 

Демократия VS Охлократия

 

I

Миллионы лет природа формировала естественные законы развития, благодаря которым все двигалось вперед с нулевым усилием. Выживание сильнейшего не имело никакой критической оценки, никакого порицания и уж тем более осуждения. Какое может быть осуждение со стороны представителей животного или растительного мира? Или может австралопитеков 4 млн. лет назад, питекантропов, прото-неандертальцев, кроманьонцев?... Пока в Древней Греции не начали задумываться о «правильных» и «неправильных» формах государственного и политического устройства.

В течение последующих двух с половиной тысяч лет человечество испробовало практически все формы, описанные в трудах Геродота, Платона, Аристотеля: полития – республиканское правление, монархия – царская власть, аристократия – законная власть немногих, тирания – монархия при несоблюдении законов, олигархия – незаконная власть немногих, плутократия – власть богатых, тимократия – власть военных, демократия – прямая власть большинства на основе законов. Все перечислили? Вроде бы да. Если брать те, что испробовали. А те, что не испробовали? Есть еще одна – власть толпы – охлократия – следующая остановка после демократии. Или она уже в процессе?

Второе десятилетие XXI века ударными темпами продолжает разбивать нормы международного права о невмешательстве во внутренние дела суверенных государств, о самоопределении наций в пух и прах, если вспоминать ситуации последних лет на Ближнем Востоке, Северной Африке. Очередная «волна демократизации» дает о себе знать в Украине, где вопрос выбора курса на политическое самоопределение стал доминирующим в сознании миллионов людей в последнее время. И именно этот вопрос, вернее ход его решения и желание ускорить этот процесс со стороны западных партнеров, может поставить под сомнение приверженность многих самим истинным демократическим ценностям. Тем не менее, он должен решаться только украинским народом и никем больше без какой-либо критической оценки и осуждения государств ближнего и дальнего зарубежья.

 

II

Уместно ли в принципе говорить об очередной волне демократизации, хотя это слишком громко сказано, заменим на небольшой «демократический прилив» в ситуациях последних лет стран Ближнего Востока, Северной Африки, активные попытки исконно демократических государств поменять политический курс стран бывшего Советского Союза в свою сторону? Ведь предыдущие волны не были перманентными, имели свои «откаты», но при этом носили фундаментальный, переломный характер. Для чего необходим ответ на этот вопрос?

Если вспомнить классическую, старую, добрую теорию общественно-экономических формаций К. Маркса о стадиях общественной эволюции, характеризующихся определённой ступенью развития производительных сил общества и соответствующим этой ступени историческим типом экономических производственных отношений, то можно прийти к логическому вопросу современности: если человечество сменило первобытно-общинный строй на рабовладельческий, последний на феодальный, тот на капиталистический, внутри которого на протяжении двух столетий наблюдались несколько «волн демократизации», то при явно очерченных нарушениях на сегодняшний день основ этой самой демократии, выраженных в самых острых, жестких, деструктивных формах социального конфликта – локальных, фактически, завоевательных, войнах, – что нас ожидает дальше? Охлократия? В Ираке, к примеру, можно с уверенностью сказать, она присутствует с марта 2003 года, когда первые ракеты упали на Багдад, и продолжает там оставаться.

Многие скажут, что это было вынужденной «исторической необходимостью» изменения развития государств современности по демократическому варианту, где сработал принцип «сообщающихся сосудов» – естественного «переливания» морально-этических норм и основ государствостроительства текущей эпохи с более сильных ее компонентов на более слабые. Фактически, это и есть тот самый закон выживания сильнейшего, о котором мы говорили в начале статьи.  Он применим не только к биологически видам, но политическим, религиозным, философским идеям, течениям (заметьте, как данное слово, будучи понятием, четко и ясно показывает характер определяемого явления – перетекать), взглядам, системам ценностей, нормам закона и морали.

Выживает то, что сильнее, сильнее то, что превалирует, превалирует то, что более точно соответствует интересам исторического периода, эпохи. И мы снова упираемся в концепцию общественно-экономических фармаций Маркса. Вы скажите, это ошибка, никакой связи здесь нет, это устаревшая идея, так и не приведшая к коммунизму. Подвох здесь в самом процессе смены этих самых фармаций. Системе определенных производственных отношений, формирующих экономический базис формации, соответствует определенная политико-юридическая и идеологическая надстройка.

По мнению автора данной статьи, до середины XX века, вернее периода НТР (научно-технической революции), надстройка была более «мобильной» по отношению, извините за тавтологию, к производственным отношениям, а вместе с ними и производственным технологиям. Проще говоря, идеи и мнения касательно политического устройства государств менялись чаще, чем фундаментальные технологи производства и это доказывается бурным временем рождения и развития новых философских идей в обобщенный период с конца XVIII до середины XIX века, воплощенные в Реакции и революциях в Европе 1820—1840-х гг.

Никакая революция невозможна без идеи, были революции, значит, были и сами идеи. Суть в том, что скорость смены базисных общественно значимых идей была больше скорости смены технологий производства. А без кардинальной смены производства невозможно смена самой фармации. Чтобы сдвинуть ее – огромнейшую махину, целый пласт истории человечества, нескольких революций, пусть даже вкупе с кардинальной сменой геополитической обстановки в Европе по итогам череды наполеоновских войн, вкупе с резким всплеском развития философских и политических идей по сравнению с аналогичным по масштабам две с половиной тысячи лет назад  в Греции, – более чем не достаточно.

 

III

Но времена меняются. И палки-копалки сменяет колесо, его паровой двигатель во время Промышленной революции второй половины XVIII в., а через два столетия его заменила водородная бомба – впервые за всю историю человечества смена технологий впервые сравнялась со скоростью смен человеческих поколений. И вот здесь начинается самое интересное. С этого самого момента скорость развития философской и политической наук, вернее предложения этими науками концептуально новых, аналогичных по масштабам с периодом нескольких столетий назад, идей по развитию, новому пути становления современных обществ явно поубавились, по отношению к скорости, мощности, силе новых производственных технологий, позволяющих уже хотя бы чисто технически задуматься о смене очередной общественно-экономической фармации.

Произошло то, что оказалось способным сдвинуть с места базис – смена способов производства. Она же, теоретически, должна повлечь за собой постепенную смену производственных отношений, а вместе с ними и надстройку – сложившиеся на данный момент истории политико-юридические и идеологические способы государственного и общественного устройства. На протяжении второй половины прошлого века и близко не было видно намеков перехода к концептуально новому видению развития мирового сообщества. Исключением является процесс создания единого европейского государства, пусть и противоречивыми, но успехами, он оставляет надежды на воплощение в ближайших столетиях одного из вариантов развития очередного этапа истории путем формирования ярко выраженной многополюсности  – союзов государств.

Так почему же не состоялся процесса перехода? Ответ кроется в том, что формирует что? Базис надстройку или надстройка базис. В предыдущие эпохи, столетия, базис формировал надстройку. Новые способы производства материальных благ, элементарное человеческое любопытство, если говорить о науке, мотивировало людей иначе смотреть на окружающий мир, наука теоретически  показывала новый неизведанный мир, производство практически показывало людям это.

В прошлые времена базис был сильнее и именно он, условно, формировал итогами и результатами своего «труда» новые производственные, а значит и обычные, отношения между людьми, которые в свою очередь и рождали гуманистические идеи, новые нормативно-правовые системы, нравы и законы, традиции и обычаи, взгляды на самоорганизацию. А что мы видим сегодня? Образно говоря, с XX века надстройка «рулит» базисом. Разве сегодня нет идей, позволяющих создать новое общество с новыми общественными отношениями?

Есть, пусть и не доработанные, но есть, и время настало, и пора бы уже, но нет. Пример таких идей – проект «Венера», о котором мы упоминали во втором выпуске журнала. Гениальная идея по своей сути, предлагающая концептуально новый подход в денежных отношениях. Но парадокс в том, что морально люди еще не готовы к таким изменениям. Современные технологии позволяют жить гораздо эффективнее, но есть нечто, что не позволит это сделать.

Почему сегодня надстройка сильнее, чем базис? Почему превалирующие мировые политико-юридические идеи сильнее технологий? Потому, что первая очень хорошо защищается теми, кто, благодаря последним, получает очень большую, подчеркиваем, очень большую прибавочную стоимость результатов труда миллионов людей. А теперь возвращаемся к марту 2003 года, Багдад… Далее Афганистан… Далее Северная Африка… Далее, надеемся, окончательно неудавшаяся попытка с Сирией.

В международных отношениях есть принцип, по которому определяется, кто кого и за что: «Qui prodest?» – кому выгодно? В простонародье – смотрите в кассу! Двигатель внутреннего сгорания морально устарел еще в первой трети прошлого века, но благодаря сильной «защитной реакции» нефтедобытчиков, идеи того же Николы Тесла были обрублены на корню. И это делается не на уровне корпораций, а на уровне государственного управления. Не зря же его документы до сих пор находятся под грифом «секретно».

 

IV

Любая концептуальная технологическая идея опасна сегодня тем, что если позволить ей развиться, на улице могут оказаться миллионы безработных людей целых отраслей промышленности. Что им делать? Наверное, гораздо безопаснее для человечества продолжить качать газ, нефть, но сохранить видимость социальной защиты 7 млрд. граждан на планете… Природа простит. Вот одна из причин невозможности перехода к новой формации и новому обществу, которые нам рисуют режиссеры фантастических фильмов-утопий.

Если массово внедрить новые технологии – начнется война. Сотни тысяч людей, оказавшиеся безработными, но с бесплатной, например, для них электроэнергией, все равно пойдут громить магазины, дабы прокормить свои семьи. Именно поэтому, главы правительств, прекрасно понимая все возможные последствия, благодаря целым армиям аналитиков-прогнозистов, приминают такие по возможности слаженные меры, которые позволяют делать этот процесс максимально ровно, без социальных потрясений. Это в идеале, но никто не захочет делиться преимуществом просто так, поскольку любая новая технология изначально носит военный характер.

А преимущество в силе, вкупе с новыми методами дипломатии дает моральное право проводить экспансионистскую внешнюю политику. Благо, последние мировые тенденции подтверждают падение ее эффективности, которая приносила плоды американскому правительству на протяжении двух последних десятилетий. Единственный гарантированный способ сохранить гегемонию – установление на максимально широкой территории планеты политически разрозненных, неконсолидированных режимов, напоминающих власть толпы на местах.

Министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров не раз подчеркивал, что необходимо «делать все что угодно, но только не допускать кровопролития». Необходимо позволить народам государств самим определить свой курс, пройти свой путь демократизации, пусть и теми методами, которые имели место быть, но без участия извне. Только после этого оказать при необходимости гуманитарную помощь, финансовую, консультационную  и иные. Позиция России, по словам министра Лаврова, по поводу постороннего вмешательства во внутренние дела суверенных стран изменилась с неодобрительного на конкретный протест после ситуации в Ливии, а именно после того, каким образом «союзники» воспользовались полученной поддержкой некоторых государств, в том числе и России.

…когда-то, по истине, замечательные идеи социального равенства и братства, рожденные кровью и потом людей своей эпохи, оформленные К. Марксом и Энгельсом, были в дальнейшем перевернуты, извращены элементарной жаждой власти, желанием сохранить ее во что бы то ни стало (сведущие знают о чем идет речь, не будем указывать имен, история позже официально об этом объявит) и превращены в манипулирующую догму, оттого и ходят сегодня замаравшиеся, в попытках изменить о себе мнение людей. Нечто подобное можно и уже нужно видеть касательно демократических идей, то, что с ними делают, как используют, во что превращают и что остается после их «носителей» – вторая часть оглавления данной статьи.

  Каким будет ответ на вопрос, объявленный в начале публикации касательно возможности приравнивания ситуаций в Северной Африке, Ближнем Востоке, Украине к небольшому «демократическому приливу»? Отрицательным. Процесс перехода мышления на новый уровень понимания и жизненной необходимости к новых демократических ценностях для разных регионов планеты, с учетом культурно-цивилизационных факторов, занимает не одно поколение. Это постепенный процесс, противоречивый, но рожденный внутри голов народа, созревший самостоятельно, заранее подготовленный всеми задействованными в нем общественными институтами, и не как не насажденный сверху, тем более, без «инструкции к применению».

 

 V

В предыдущих главах была сделана попытка небольшого анализа извращенных примеров самих основ демократического общественного устройства, применение их в собственных целях, подгон под иные понятия морали и этики, системы ценностей одной лишь страны, причины доминирования на глобальном уровне. Однако не был поднят вопрос насколько оправдано само превалирование идеи законной власти большинства, но с учетом мнения меньшинства, действительно ли эта идея является следующим этапом эволюционного развития нашей пятой цивилизации?

Сперва необходимо обозначить общую систему координат, дабы все могли единообразно понимать с каких позиций смотрим на один и тот же понятийно-категориальный аппарат. А позиции очень просты. Представьте мировую историю человечества, начиная, обязательно, начиная от времен прото-людей: палеолита, мезолита, неолита, Древнего мира, раннего Средневековья, позднего, Нового времени, Новейшего, наш век – единой линейной шкалой. Почему необходимо здесь учитывать «пещерные времена»? Да потому, что мы живем с вами в обществе, где рулят правила и законы общественного устройства, рожденные и апробированные в этих самых пещерах. И длилось это миллионы лет.

А наши с вами две тысячи вкупе с несколькими до нашей эры относительно «вразумительной» по современным меркам жизни Homo sapiens, не дают никакого морального права утверждать несостоятельность главной философской, давайте так назовем, идеи природы, благодаря которой мы с вами сегодня живем, дышим и можем создавать кроме материальных благ и духовные – закона выживания сильнейшего. И все наши хваленые идеи «правильного», «неправильного» государственного устройства – бред по отношению к тому, что создала природа. Постарайтесь посмотреть на все это с более глубинных основ, с более широких диапазонов. Неужели то, что работало миллионы лет, создавало окружающий нас ареал обитания, способно обмануть какими-то… догмами, как жить лучше и дольше?

Природа плевать хотела на нашу с вами демократию, аристократию и все это вместе взятые. Нам от силы осталось жить в том виде, в котором существуем ныне (формат общественного устройства, наличие государств-наций) лет пятьсот, если не поубиваем друг друга, даже при наличии многополюсности. Далее последуют иные формы сосуществования. Перенесемся вперед еще на несколько миллионов лет вперед. Нас там уже вряд ли будет. Но планета останется и будет дальше все расти и развиваться по принципу «выживает сильнейший». Посмотрим на нашу шкалу целиком – среди этих миллионов лет наши несколько тысяч человека разумного с такими «важными проблемами» - никому не заметная вспышка…

Из этой позиции следует единственно возможный, а значит правильный вопрос: как минимизировать потери развития человечества при естественном соблюдении закона выживания (конфликты интересов, начиная от двух людей, заканчивая мировыми войнами)? Заметьте, мы указали «при соблюдении закона». Почему? Да потому, что те процессы, которые мы сегодня наблюдаем в жизни обществ – есть попытка полностью абстрагироваться от него, ликвидировать, исключить вовсе. И демократические процессы, что подразумевает, равные права всех перед всеми, разных социальных групп, подтверждают эту мысль.

Не удивимся, если через несколько десятилетий введут законы, обязывающие здоровых людей отдавать свои органы врожденным инвалидам, поскольку их состояние будет «ущемлять права на равные условия существования», к чему мы все так яростно стремимся. Многие уже забывают о том, что в СССР, а после и в России до 1992 г. практиковался рутинный забор органов трупа. Вот отрывок одной из научных работ данной тематики: «Тело умершего человека в данном случае трактуется как государственная собственность, которую медики могут использовать в общественных интересах.

Здесь в полной мере реализуется исходная установка утилитаристской этики, согласно которой действие морально оправдано, если оно производит наибольшее количество блага для наибольшего числа людей. Некоторое ограничение права на автономию индивида, который лишается права контролировать судьбу уже бесполезных для него останков, перевешивается очевидным благом для общества в лице потенциальных реципиентов, жизнь которых может быть спасена в результате пересадки». Проблема в том, что в ближайшем будущем этот принцип вполне реально может на законодательном уровне перекочевать снова, но уже к живым донорам.

Если изменятся морально-этические установки на новые, наши дети вполне реально будут осознавать их как естественную «нормальность». Иные виды уже существующих демократических «перегибов» в Евросоюзе детально описаны в статье «Гендерный мейнстрим» текущего номера журнала, с которой мы рекомендуем ознакомиться. Всему есть мера и она уже нарушается.

Демократию принято считать самой развитой в эволюционном плане формой политустройства современных государств. Но почему тогда, в тех же европейских странах, породивших своей демократической лояльностью миллионы тунеядцев, при урезании безмерно, годами выплачиваемых, колоссальных соцобеспечений по, якобы «безработице», начали громить целый кварталы, сжигать десятки автомобилей? Или признание законным возможность регистрации однополых браков. Демократия есть власть большинства, но с учетом мнения меньшинства.

Сейчас же наблюдается тенденция подмены главенства мнений большинства «желаниями» меньшинств. Мол, ущемляются права, если говорить об однополых браках. Чьи права ущемляются? Семья – это официальный союз двух людей, объединенных одной целью – продолжение рода. Этот общественный институт рождался тысячи лет назад, на основе которого функционировало само общество в принципе и «оп!» – нарушение прав человека! Назовите это «регистрацией сожительства», хоть табуреткой, но никак не семьей.  

Мы абсолютно согласны с тем утверждением, что подобные социальные изменения, носящие фундаментальный характер, имеют место быть в качестве элементов естественного эволюционного развития человечества. Вполне. Но! Закон гласит – выживает сильнейший. И здесь вполне уместно без каких-либо объяснений здравомыслящим людям сказать простое «нет», с применением, при необходимости, самых жестких мер. Цитата из статьи «Гендерный мейнстрим»: «В Германии уже много лет в виде пантомимы ведут уроки по гомосексуальности, начиная с 10 лет в Берлине, а в Гамбурге и Мюнхене и других местах, – в более мягком тренинг-формате. Эти «гендерные уроки» проходят в рамках ознакомления с образом жизни однополых пар, включая просмотр фильмов, рекламу гей-клубов и приглашение лекторов из этих клубов».

В машиностроении, особенно в самолетостроении, есть такое понятие, как «коэффициент новизны». Это процент наличия в новой модели концептуально новых деталей, узлов и агрегатов. Так вот при создании новой модели самолета этот процент не должен превышать цифру 50. Даже, если есть возможность его увеличить, все равно надо в новой модели использовать то, что уже испробовано, проверено и гарантированно работает, сохраняя жизнь пилоту. Изменения в нашей жизни должны быть.

Мы все хотим, чтобы наши дети жили в более счастливом мире, жили лучше, «качественнее», но общество – замкнутая система и изменения условий жизни для одного автоматически лавинообразно приведут к изменениям жизни других. Именно поэтому, исконно демократические страны склонны обвинять традиционные общества восточных государств, Евразии в целом в несовершенстве их законодательных баз касательно прав человека. Мол, движутся в направлении слишком медленно. Действительно, вопросы, описанные выше и их аналоги, решаются сперва в дискуссиях всех слоев общества, далее обсуждают законодатели и лишь после подписывается главой государства.

Это отнимает не один месяц и не один год.  Вот еще один повод предъявить претензии в отсутствии демократических устремлений. Есть, но западные партнеры склонны видеть их только на основе своей собственной англо-саксонской, протестантской модели генотипа человека. И крайне сложно представить возможность наличия иных культурных ценностей.

 

***

Важно помнить постоянно о том, что демократические идеи и, в первую очередь,  идеи полного равенства в правах всех перед всеми, носят изначально гуманистическую направленность – это достойно текущего уровня развития человеческого сознания о наиважнейшей ценности в мире – человеческой жизни. Внутри нас должен гореть огонь борьбы первородного с духовным. И именно он, именно стремление к идеальному, стремление к воплощение одного из заветов возлюбить ближнего своего, делает нас людьми, а не зверями.

Но в процессе своего развития, распространения, принципы либеральной демократии способствуют чрезмерному лояльному отношению ко всем социальным слоям и группам, отнимая у них мотивацию к жизни через преодоление трудностей, элементарной лени, постоянных жалоб и нытья, требований только лишь прав и свобод, при полном не желании принимать на себя тот же объем обязанностей перед обществом. Или пресловутая политкорректность, созданная дабы, о, Господи, не обидеть «называнием» вещей своими именами чувств и эмоций других. Чрезмерное превозношение принципов либеральной демократии способствуют росту градуса глобального «терпения» и напряженности, либо иным явлениям, противоречащим нормальному естественному ходу истории, через конфликты, которые и есть тот самый внутренний котел развития обществ и государств.

И эта «затычка конфликтов» с годами породит еще большие социальные взрывы, постепенно превращая все более частое «эмоциональное» недовольство людей, желающих решать проблемы граждан собственными руками, либо бездействие властей по отношению к беспорядкам или вседозволенному поведению национальных либо сексуальных меньшинств, маргинальных групп в никем уже не отрицаемую и не порицаемую охлократию, а значит и форму жизни в ней людей… До поры, до времени.